Главная
strict warning: Declaration of views_handler_filter_date::exposed_validate() should be compatible with views_handler::exposed_validate(&$form, &$form_state) in /var/www/home/hosting_denver09-35/projects/belpravda/htdocs/sites/all/modules/views/handlers/views_handler_filter_date.inc on line 0.

Призвание певца

Призвание певца

Юбилейное интервью

Недавно заслуженный артист РФ Владимир Николаевич Бойко отметил свой 65-летний юбилей.
Тридцать пять лет вы живете на Белгородчине и радуете нас своим творчеством. С успехом прошедший в филармонии юбилейный концерт – яркое тому подтверждение. Но о вашей жизни до переезда в Белгород известно немного. Хотелось бы узнать: «откуда есть пошел» заслуженный артист России Владимир Бойко? – с этого вопроса мы начали беседу с юбиляром.

– Я родился в столице Азербайджана солнечном городе Баку 5 ноября 1949 года в семье военнослужащего. Отец, Николай Иванович, участник Великой Отечественной войны, служил старшиной на сверхсрочной службе в одной из воинских частей. Мама, Анна Михайловна, была домохозяйкой. До войны она работала на железной дороге, и когда мы с младшим братом Колей подросли, снова пошла работать на железную дорогу маркировщицей. Мы с братом учились в средней школе, а затем меня устроили в музыкальную школу по классу баяна. Отец уволился из Советской Армии, когда я окончил среднюю школу. И мы переехали в Белгород. Папа родом из Белоруссии, теперь это Слуцкий район Минской области, там сейчас проживает моя многочисленная родня по отцовской линии.

– А почему же тогда он выбрал Белгород для места жительства семьи?
– Произошло это случайно. Вместе с папой служил тогда солдатом уроженец Белгорода, который восторженно рассказывал отцу о своей малой родине, о ее природе и людях, и папа как-то спросил его: «А как там насчет яблок? Детям они нужны». «Яблок, – ответил сослуживец, – у нас полно! Одна Короча чего стоит, недаром Мичурин называл этот район вторым Крымом». Такой аргумент решил исход дела, и мы оказались в Белгороде. Перед этим я за­ехал в Киев на прослушивание в консерватории. К прослушиванию активно готовился, репетировал три оперные арии, но поступить в тот год мне не удалось... «Вы еще очень молоды, – сказали мне в консерватории, – приходите через пару лет, а пока занимайтесь вокалом в самодеятельности».
Белгород в те годы был не то что теперь. Заасфальтированы были всего одна улица и площадь в центре. После солнечного Баку и зеленого Киева, утопающего в цветах и розах, Белгород показался мне захудалым городишкой. Мы поселились на квартире на улице Толстого в частном доме, из окна которого было хорошо видно широкое кукурузное поле и телевизионный ретранслятор. Вид тогдашнего Белгорода подействовал на меня удручающе. Я захандрил. Но затем вспомнил о совете идти в самодеятельность. Так я оказался в хоре на литейно-механическом заводе. Хор показался мне слабоватым, и через год я перешел на завод «Энергомаш», где тогда был известный академический хор. В этом хоре я пел с 1968-го по 1970 год, до призыва в Советскую Армию.

– И где же вам пришлось служить, Владимир Николаевич?
– Служил я два года в Калининграде в полку связи 11-й армии. Надо сказать, что со службой мне повезло. В Калининграде в Доме офицеров была отличная вокальная студия, которой руководила Нина Мартыновна Коваленко. Она многое мне дала как педагог, к тому же в Доме офицеров был замечательный эстрадно-симфонический оркестр, с которым я неоднократно выступал в воинских частях, пел песни советских композиторов и даже записался на местном телевидении. Сначала была запись оркестра, а затем пел я под оркестровый «минус». Сейчас это обычное дело, но тогда для меня оно было внове. Занятия в хоровой студии помогли приобщиться к творческой среде города. Я стал принимать активное участие в областных музыкальных конкурсах и даже получил первое место на одном из них. Исполнил тогда романс Чайковского «Благословляю вас, леса». Научила меня исполнять этот романс руководитель белгородского ансамбля «Мелодия» Лидия Александровна Клюкач. С того времени я стал делать упор на классику. Хотя многие знакомые говорили: «Иди в эстраду, там денег больше». Но я увлекся классическим репертуаром и стал петь баритональные арии. Особенно полюбились певцы Марио Ланца, Марио дель Монако, Энрико Карузо, но кумиром и в то время для меня продолжал оставаться Муслим Магомаев...

– Как сложилась ваша музыкальная карьера после службы в Советской Армии?
– После увольнения в запас меня и еще двух солистов вокальной студии Дома офицеров Нина Мартыновна Коваленко повезла «показать» в Киевскую консерваторию, которую она в свое время окончила. Но мы опоздали, попали уже на второй тур. Нина Мартыновна обратилась к своей влиятельной знакомой Диане Петренко, муж которой в то время был директором украинского телевидения. Но, прослушав нас, она сказала: «Мало того, что вы опоздали, вы еще и не совсем подготовились».
Во время прослушивания у дверей консерватории кружили директора капеллы бандуристов, студии хора Григория Веревки, театра оперетты, которые искали себе певцов. Ко мне обратился директор капеллы бандуристов и предложил пойти к ним. У них было общежитие в Киеве, в котором проживали и студийцы хора Григория Веревки. Они-то и переманили меня к себе в студию. Окна общежития выходили прямо на аэродром Антонова, на котором испытывали новые самолеты «Антей» и «Руслан». В детстве я очень хотел быть летчиком. Поэтому любил из окна общежития наб­людать, как эти тяжелые самолеты начинали свой разбег по взлетной полосе, а затем будто нехотя отрывались от земли и, словно шмели, груженные пыльцой, начинали свой полет. Тогда мне было немного грустно от того, что я не стал летчиком, но теперь об этом не жалею.

– И куда судьба направила вас после окончания занятий в хоре?
– После двух лет занятий в студии я получил направление в Житомирскую филармонию в ансамбль песни и танца «Ленок», которым руководил тогда известный украинский дирижер Авдиевский. С этим ансамблем я впервые познакомился в Виннице, когда приехал в гости к своей тете. Судьба ее мужа, брата моего отца, схожа с судьбой Аркадия Гайдара. В шестнадцать лет он уже был политруком и прослужил в Красной Армии до 1943 года. Он погиб на Воронежском фронте в чине полковника. Прямое попадание вражеского снаряда прямо в штаб, где он находился… Винница тогда мне очень понравилась. Прекрасный ухоженный город с великолепным парком, где был музыкальный фонтан, парашютная вышка, множество различных аттракционов и концертная площадка, где я впервые услышал выступление ансамбля «Ленок». Солисты ансамбля исполняли тогда украинскую народную песню «Ой в зеленому садочкi соловейко щебэтав». Эта песня глубоко поразила меня своим напевом и интонацией, я запомнил ее на всю жизнь.
И вот я стал солистом этого ансамбля. Пробыл в нем около года. Затем самостоятельно подготовил три оперные арии и четыре романса для поступления в Харьковский институт искусств имени Котляревского. После прослушивания меня приняли сразу на второй курс. Это было прекрасное время. Я изучал премудрости вокального пения, знакомился с лучшими образцами отечественной и мировой музыки, особенно полюбил классику. После окончания института мне дали направление в Казахстан в музыкальный театр шахтерского города Темиртау. Но я плохо переношу сухой воздух, ведь вырос в Баку, где был прекрасный морской климат. Поэтому от направления мне пришлось отказаться. Я прошел прослушивание в ансамбль песни и пляски Западного пограничного округа, но в военкомате сказали, что документы будут оформлять долго, ведь это войска КГБ! И тут в нашем институте я узнал, что в Белгороде есть своя филармония и наш выпускник Володя Конохов уже устроился туда на работу. «Он тенор, а баритона у них нет», – подсказали мне, и я приехал в Белгород. Петр Васильевич Луценко, тогдашний директор филармонии, и худрук Иван Григорьевич Трунов прослушали меня – и с тех пор я 35 лет живу и работаю в Белгороде. С 16 июля 1979 года.

– А ваши дети, Владимир Николаевич, пошли по стопам родителя?
– У меня пятеро детей. Сын от первого брака Александр пошел по моим стопам. Моя первая жена работала в хоре Веревки, это постоянные гастроли, а я жил в Белгороде, поэтому Сашу отдали в музыкальную школу с интернатом в Киеве. Затем он, как и я, занимался в студии хора Веревки. После ее окончания работал в хоре республиканского радио, в Национальном хоре, в коммерческом хоре «Киев», а потом поступил в Киевскую консерваторию, которую успешно окончил и стал стажером в Киевский оперный театр. Спустя три года его приняли в основную труппу. Сейчас Саша ведущий солист Украинской национальной оперы.
Дочь Людмила живет в Сумах, она в филармонии играет на кларнете (у нее двое детей, моих внуков). Сын Марио также обладает красивым высоким голосом. Мой третий сын Лева – солист ансамбля песни и танца «Белогорье». Произошло это случайно: руководитель ансамбля Н. Чендева как-то спросила меня, не знаю ли я кого из молодых солистов? Я привел своего сына. После прослушивания она позвонила мне и сказала: «Как вам не стыдно, вы скрывали от нас такой голос!».
А 5 сентября этого года у меня родилась дочь, которую мы назвали Елизаветой в честь святой праведной Елисаветы, матери Иоанна Предтечи. Я думаю, что она тоже пойдет нашей непростой музыкальной стезей и над ней будет небесная благодать...

– Какой сейчас у вас репертуар?
– Репертуар у меня самый разнообразный, пою все, что написано композиторами в разных жанрах, но самое главное для меня классика – оперная музыка, которая дает возможность голосу не терять форму. Даже если не предполагается концерт, мы все равно на репетициях поем арии и фрагменты из опер, чтобы не терять форму.

– Еще раз поздравляю вас, Владимир Николаевич, со знаменательным юбилеем, желаю вам отличного здоровья и новых творческих успехов вам и вашим детям!

Автор: 
Н. ГРИЩЕНКО. Фото А. ЖИХОВА.
№: 
175
Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 голос)
data-yashareQuickServices="vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,gplus" data-yashareTheme="counter">

Вставить в свой блог

Для вставки в блог анонса данной статьи, скопируйте нижеприведенный код в буфер обмена, а затем вставьте его в форму добавления сообщения вашего блога.

Партнёры

logo1.gif

logo1.gif